"Таких женщин много", подумал Хад, пока относил контейнер с черепом к пикапу Руперта и аккуратно устраивал его на переднем сиденье. Все зубы были на месте. Если повезёт и она местная, её можно будет идентифицировать по снимкам стоматолога.

Он попытался вспомнить, не упоминал ли отец дело о пропавшей женщине лет пятнадцать назад. Родрик Брик Сэвэдж обожал хвастаться делами, особенно теми, которые он раскрыл. Хотя этим делом он вряд ли мог похвастаться. Пятнадцать лет назад Хаду было восемнадцать, он учился в колледже. Шериф размышлял, не рассказывала ли Дана о пропавшей женщине в одном из своих писем. Она каждую неделю писала ему обо всём, что происходило на ранчо, в своих любовных, «я-скучаю-по-тебе» посланиях.

Оставив череп в машине, Хад пошёл обратно и увидел, как Руперт роется в грязи на дне колодца. Коронер остановился, когда что-то обнаружил, затем наклонился и смахнул грязь со своей находки. Хад глубоко задышал, когда Руперт вытянул ярко-красную туфлю на высоком каблуке.

После вечеринки в честь дня рождения и между обслуживанием посетителей, Дана, несмотря на запрет Хада, рассказала Хильде о том, что обнаружил Уоррен в заброшенном высохшем колодце у старого дома на ранчо. Дана была уверена, что новости уже распространились по каньону. Но она всё ещё ждала, не желая признаваться никому, кроме лучшей подруги.

— Он и правда считает, что кости человеческие? — содрогнувшись, спросила Хильда. — Но кто это?

Дана покачала головой.

— Возможно, кто-то из моих предков.

Хильда засомневалась.

— Думаешь, они пролежали там так долго?

Она обхватила себя руками так же, как Дана этим утром, словно почувствовала холод, идущий из колодца.

— Ужасно даже подумать, что кто-то упал туда, не смог выбраться и умер, — заметила Дана. Хильда кивнула.