Артем перекрывал вход и низко, у самого брючного ремня, двумя руками держал автомат. Расплющенному, задохнувшемуся под коленом Даниила охраннику автомат был виден. Он даже не пытался шевелиться.

Нависая над девицей-кассиром, Гребень орал:

- Ключи от кассы!.. Быстро!

Девица молча и внимательно смотрела ему в глаза.

- Оглохла, сучка?! Ключи, я сказал!

Девица продолжала молчать. Глаза ее открывались все шире... и шире... и шире... потом это стало казаться почти нереальным.

Гребень коротко, без замаха, ударил ее по лицу. Девица, мелькнув на мгновение белым в разрезе юбки, с грохотом повалилась со стула. В бронированной кабинке было тесно. Гребень за волосы выволок ее на середину зала.

Коленом, упертым в спину охранника, Даниил почувствовал, как тот напрягся. Даниил еще сильнее потянул на себя ворот его рубахи... еще на сантиметр вдавил пистолет ему в загривок.

Гребень держал девицу за волосы. Дуло его пистолета упиралось ей чуть левее носа.

- Считаю до трех, и твои мозги забрызгают все стены.

С ноги девицы свалилась туфля. Даниил видел, что на большом пальце ноги у нее порваны колготки. Она запрокинула голову, стараясь как можно дальше отодвинуться от дула пистолета. Челюсть и руки дрожали,

- Раз... Два... что ты там пищишь, а?!

- Н-н-э-э... Н-нэ-э... Он-на н-не зак-к-крыт-та...

- Кто не закрыта? Я не слышу! Кто, блядь, не закрыта, а?

- К-к-касса... Н-н-не зак-крыта...

Гребень выпустил ее волосы. Не ожидавшая этого девица гулко ударилась головой об пол. Гребень переложил "стечкин" в левую руку, вытащил из кармана большую сумку из нервущейся ткани и нырнул в кабинку.

Из-за тяжелой двери его не было видно. Время тянулось мучительно. Даниил скрипел зубами и чувствовал, что непроизвольно все глубже вдавливает дуло пистолета в беззащитную шею охранника.

Потом он подумал, что вот ведь она, сила тренировки: что бы ни происходило, никто из группы так и не назвал друг друга по имени. Похоже, Густав вбил в них это правило до уровня рефлекса.