— Вы считаете Анну некрасивой? — неодобрительно спросила бабушка Шимански.

Коул перевел взгляд с Анны на ее бабушку.

— Нет, конечно. Я думаю, что она красивая.

— И пленительная, — с удовлетворением добавила Розмари, сжимая его руку. — Как только я увидела вас, мне сразу стало понятно, какие чувства вы питаете к моей дочери.

— Как ты поняла, Рози? — полюбопытствовала бабушка Шимански.

— По лицу, — объяснила Розмари. — В таких случаях в глазах есть какой-то особенный свет.

В этот момент Анна бросила на него очередной неодобрительный взгляд, и Коул испытал чувство вины.

Она уже несколько часов тщетно пытается убедить семью в том, что они не встречаются, а он смотрит на нее глазами, в которых «есть какой-то особенный свет», и распространяется об их несуществующем романе. Ужасный способ отблагодарить ее за приглашение отужинать с такой чудесной семьей!

— Итак, когда же вы увидели, что Анна не сутуловатая, и решили пригласить ее на свидание? — не унималась бабушка Шимански.

— Мама, он не говорил, что она сутуловатая! — вмешалась Розмари, прицокнув языком. — Он сказал «суховатая».

— Ну, хорошо, хорошо. — Бабушка Шимански пронзительно посмотрела на Коула:

— Когда же эта суховатая вызвала у вас пылкие чувства?

Коул хотел было заявить, что не питает к своему боссу подобных чувств, но внезапно понял, что надо смотреть правде в лицо.

Глядя, как она разговаривает и веселится со своей семьей, Коул понял, что именно эта женщина настоящая Анна. И она привлекает его.

О чем Коул разговаривает с ее матерью и бабушкой?

Обратив на него долгий пристальный взгляд, она попыталась внушить ему, что он должен следить за своими словами.

Основная причина, вынуждавшая Анну не приводить домой мужчин, заключалась в том, что вся женская половина семейства считала, что ей необходим муж. Она не возражала против брака, но полагала, что ему должны предшествовать прочные, успешно развивающиеся отношения.