— Волки не смотрят на женщин так, как Коул смотрит на тебя, — возразила Джули и закусила губу. — А может быть, и смотрят, — добавила она, широко улыбаясь. — Счастливица!

Как он смеет? Анна вспомнила взгляды, которые бросал на нее Коул. Сестра права. В них действительно было что-то волчье.

Любой, кто перехватит этот взгляд, вероятно, придет к заключению, что Коулу не терпится остаться с ней наедине, подумала Анна, решительно шагая к нему.

— Куда ты так торопишься? — спросил отец, прервав разговор с ее теткой Мирандой и дядей Питером, и преградил ей путь. — Мне, например, хочется больше узнать о Коуле.

— Я тоже сгораю от любопытства, — подтвердила Миранда, холодно взглянув на мужа, биржевого маклера. — Я думаю, что мы могли бы отдохнуть от разглагольствований Питера о том, какие товары в секторе розничной торговли обеспечивают наиболее благоприятные возможности для инвестирования.

— Это не разглагольствования, а экспертный анализ, — возразил Питер. — Интересно, играет ли Коул на бирже?

Коул. Если она еще раз услышит это имя, решила Анна, у нее вырвется вопль.

— По правде говоря, понятия не имею, — сказала она. — Я же вам говорила, что почти не знаю его.

— Давайте позовем Коула к нам и познакомимся с ним получше, — перебил ее отец и поманил Коула рукой. — Коул! Женщины Шимански уже достаточно наговорились с вами. Идите сюда и поговорите с нами, Уэзли.

Анна увидела, как Коул с сожалением посмотрел сначала на ее мать, потом на бабку, как будто разговор с ними доставлял ему удовольствие. Подойдя к ним, он беззастенчиво вторгся в ее личное пространство, встав рядом с ней вместо того, чтобы поместиться между ее отцом и дядей.

— Том, Питер и Миранда, правильно? — обратился он к ее отцу, дяде и тетке. Они дружно кивнули, явно польщенные тем, что Коул запомнил их имена.

— Итак, Коул, — заговорил отец. — Кажется, вы родом из Калифорнии?