— Ты надела это потому, что за компьютеризованными мозгами скрывается твоя настоящая сущность. Отбрось условности, живи настоящим, принимай жизнь во всей ее красоте и стремительности. Так и поступала когда-то настоящая Джинджи, всегда готовая к приключениям и ищущая их.

— Ты преувеличиваешь, — протестующе поджала губы Вирджиния.

— Ничего подобного! Встретив тебя на прошлой неделе, я поверить не могла, что ты так изменилась. Ожидала увидеть прежнюю Джинджи — девчонку, когда-то околдовавшую меня своей смелостью. Ту, что была наказана за дымовую шашку, подложенную в кафетерий. Ту, что участвовала во всех озорствах мальчишек…

— Это было четырнадцать лет назад, — перебила Вирджиния рассерженно. — Не можешь же ты утверждать, что я должна такой и остаться.

— Ну, может, и не такой сумасшедшей, но уж никак не занудной ученой дамой, — грубовато парировала Диана. — Я ждала встречи со своей шальной школьной подругой. Господи, как весело мы жили! — Диана вздохнула. — Я надеялась тряхнуть стариной.

— Теперь у меня есть заботы поважнее дымовых шашек. Я приехала в Калифорнию, чтобы помочь вашей компании завершить проект, предназначенный для «Диснейленда». Когда все проблемы будут решены, я вернусь во Флориду, и фирма «Бриаклиф» направит меня на другую работу.

— Ты говоришь так, словно являешься частью оборудования… Как жаль, что администрация школы не поняла, почему тебе скучно учиться! Ведь твой интеллектуальный показатель равнялся ста шестидесяти единицам.

— Ста семидесяти трем, — автоматически поправила Вирджиния.

— Тем хуже для тебя. Ты превратилась в мозговой центр.

Вирджиния презрительно хмыкнула:

— Напрасны все твои насмешки.

Теперь уже рассердилась Диана: