Только сейчас, внимательно рассмотрев Хита, Люси поняла, чем он отличался от мужчин-северян, – Хит был чисто выбрит. Она же привыкла видеть мужчин с баками, бородами или усами, причем усами самой разной формы: крестовидные, как у Даниэля, в виде велосипедного руля с загнутыми вверх кончиками, в виде подковы, либо совсем маленькие, коротко подстриженные, такие носили в основном военные. Но надо сказать, усы не придавали их лицам такой изысканности, которую ей удалось разглядеть в лице Хита. Всего лишь на мгновение она задумалась о том, что было бы интересно поцеловаться с мужчиной, у которого нет этих дурацких щекочущих усов. Но тут же оборвала поток предательских мыслей: «Тебе должно быть стыдно, Люси Кэлдуэлл!»

– Вам что-нибудь нужно? – неспешно поинтересовался Рэйн.

Неожиданно для самой себя Люси вдруг перестала его бояться.

– С вашим ростом вы выглядите как пожарная каланча где-нибудь в Атланте.

– Вы правы, но только отчасти. Таких каланчей в Атланте полным-полно. Южане умеют растить высоких детей. Не то что вы, сухопарые новые англичане. Вы слишком мало времени проводите на воздухе, кроме того, всем известно, что питаетесь вы так себе.

– Да неужели?

– Ну конечно, если называть рыбную похлебку пищей… В Виргинии мы наполняем тарелки до краев настоящей едой, а не этой вашей подкрашенной бурдой, которой слегка прикрывается донышко. Чуточку этого, чуточку того… Настоящий мужчина такой едой никогда не насытится.

– Сколько же вы живете здесь?

– Почти что год.

– Я бы не сказала, что у вас оголодавший вид, хотя здесь вас и не потчуют пирогами с персиками и жареными цыплятами.

– Жареные цыплята, – произнес он мечтательно, – а что вы, собственно, знаете о жареных цыплятах, или хорошей копченой ветчине, или беконе с горохом, а жареный хрустящий картофель… – мм-м…