Его персона отвлекла внимание публики — присутствующие шушукались и оглядывались на него.

— Не будете ли вы так любезны не срывать аукцион, Тремейн, — шепотом сказал себе Гидеон, поднимаясь с места. Он отошел подальше к деревьям и остановился, рассматривая подиум.

В конце концов, он увидел ту, которую искал. Она стояла в окружении девушек. Легкая мечтательная улыбка играла на ее губах.

Гидеон внимательно изучал свою избранницу. Фотография в проспекте была лишь слабым ее отражением: в жизни она оказалась выше, с царственной осанкой, золотисто-каштановые волосы были длиннее, чем он себе воображал, губы более полные, а глаза, ее синие глаза просто восхитительны. Короткое белое шелковое платье выгодно подчеркивало стройность ее фигуры. Его взгляд автоматически скользнул к ногам. Длинные, роскошные ноги. Неожиданно жаркая волна накрыла его. «Спокойно», — сказал он себе. В конце концов, какое ему дело до ее ног! Он никогда не сходился с теми женщинами, кто работал на него, и никогда не поддерживал длительных отношений. И никогда ничего не обещал. Это было бы нечестно, так как он знал о своей неспособности дать подруге то, на что она рассчитывает. Что же касается этой женщины, она имела полное право на осуществление своих надежд. А у него есть только одно право — выбирать, подойдет ли она для его плана, а не для его удовольствия.

Гидеон сделал усилие, чтобы направить свои мысли в нужное русло. Девушка посмотрела на него. В ее огромных синих глазах затаился вопрос. Он почти ощущал ее глубокое неровное дыхание. Возникло непреодолимое желание рвануть на себе галстук и расстегнуть верхнюю пуговицу.