С другого портрета смотрел старичок-ветеран с орденами и абсолютно белыми седыми волосами. Глаза у него были пронзительные. Варя знала, что старичок – ныне живущий потомок рода Дурандиных. В детстве Варя почему-то именно его и считала художником Верещагиным – наверное, потому, что он был намного старше молодого военного.

Сейчас комната напоминала корабль после кораблекрушения: портрет со старичком покосился, бумаги на столе перемешаны, карандаши и ручки валяются, где попало… А ведь они со Степкой и не дрались почти!

Варя для порядка поправила портрет, но на большее ее не хватило. За компьютером она провела минут сорок, стуча для вида по клавиатуре, а на самом деле перечитывая электронную версию другой любимой книги серии. Любовная история на экране была так похожа на ее собственную!

Так что темный зимний день преподнес не только потери. Из хорошего расположения духа не вывел даже вопрос подглядевшего через плечо отца:

– Что читаешь, если не секрет?

– По литературе задали, – быстро нашлась Варя. – Внеклассное чтение. Для сочинения о проблемах современных подростков.

– Мне бы эти проблемы! – хмыкнул отец. – Эх, молодость, молодость.

В кабинет заглянула мама.

– Кто ходил по коридору в мокрой обуви? – спросила она.

– Не я! – испугался отец и посмотрел на свои тапочки.

– И не я, – пряча улыбку, пожала плечами Варя.

– Кто же тогда наследил в коридоре? – нахмурилась мама.

– Странно. И под окном в снегу какие-то следы… – Отец задумчиво потер переносицу. – Не иначе, как барабашка завелся в доме!

Мама позвала ужинать, и Варя оторвалась от экрана. Только сейчас она ощутила, как проголодалась. Что ж, в преждевременном появлении родителей есть и плюсы!