С протокольной лаконичностью отмечу, как провела эту неделю: — работала над собой, подчитывала правила хорошего тона и энциклопедические словари, написала «воскресную проповедь» для милой газеты, отношения с которой не хотела порывать. А главное, перерыла у верной подруги гардероб в поисках достойного туалета, подобающего моему статусу — с одной стороны, и потенциальным возможностям — с другой. Мне требовалось нечто монашески скромное и не менее влекущее, чем наряд танцовщицы фламенко. Этакая всесокрушающая, прущая изнутри манкость.

Волосы предпочитаю носить в свежевымытом, естественном (после окраски в «золотой блондин») состоянии. И еще. Признаюсь в пороке — не одобряю занудный минимализм! Ну с чьего издевательского распоряжения сережки, бусы, брошки, колечки, бабушкины браслеты, нежные кораллы, переливчатый перламутр, таинственный малахит, лакомая, как щербет, бирюза объявлены персонами нон грата на празднике моды и обречены храниться в шкатулке, а мы все вынуждены изображать из себя замордованных бытом «натуральных унисекс-вумен» и смотреть ежедневно на совершенно опресненных отсутствием женственности теледам? Глазу не на чем отдохнуть. Колония строгого режима с повинностью безграничной болтливости. Сейчас не время, я бы раскрыла вам тайну о тех, кто диктует моду. Не вникая в теорию намекну: первое — они не любят себя. Разве человек, хорошо относящийся к себе, даже за очень большие бабки станет добиваться репутации совершенно сдвинутого идиота или мутного извращенца? Во-вторых: их тошнит от того, что они делают. А как не затошнит? Вы видели репортаж с последнего сезона моды? При этом следили за своей мимикой? Приблизительно то же выражение, что при знакомстве с садовым сортиром. Третье — они ненавидят людей. Вся неутомимая деятельность самых одиозных кутюрье вдохновлена завистью к коллегам и ненавистью к людям — человеческому телу, душе, мыслям. Да они над нами издеваются, заставляя делать вид, что мы обожаем идиотов и готовы платить бешенные деньги за отрыжку скудной, истерически нищей фантазии! Глядя на слоняющихся на подиуме вампиресс в полуобнаженке, моя бабуля непроизвольно перекрестилась: «хай бы вы усе сгинули, лахудры бисовы!»