Управляющий попробовал было возражать, но, внимательно посмотрев на лица вошедших, предпочел удалиться. Дверь он оставил приоткрытой, но Кейн, слегка улыбнувшись, плотно закрыл ее и на минуту прислонился к ней.

– В чем дело? – сердито спросил Жан-Луи. – Чего вы хотите?

Кейн выпрямился и засунул руки в карманы, мрачно глядя на Анжелику.

– Я хочу, чтобы Пейдж признала, что мы были помолвлены. И хочу услышать объяснение. Хочу знать, почему она исчезла. Почему ей взбрело в голову оставить семью, друзей и… меня?

Англичанин старался говорить, не повышая голоса и не давая воли чувствам. Но Анжелика тоже с трудом сдерживала гнев под маской холодной бесстрастности.

– Вы ошибаетесь, – бросила она. – Я вас не знаю. Вы меня с кем-то путаете, с кем-то, кто очень похож на меня.

Кейн шагнул к ней.

– Любой человек, видевший эти фотографии, не усомнится, что на них ты.

– Нет, вы ошибаетесь! На них молодая девушка, гораздо моложе меня.

– Но эти снимки сделаны несколько раньше, до твоего побега. Почему ты так поступила? Почему ушла?

Кейн приблизился к ней. Он весь напрягся. Руки в карманах сжались в кулаки.

Анжелика испугалась его взгляда и отступила.

– Говорю вам, вы ошибаетесь. Меня зовут Анжелика Касте. Я француженка. Спросите Жана-Луи. Он подтвердит.

Не обращая внимания на эти слова, как будто ее жениха просто не было в комнате, Кейн взял ее за руку.

– Есть несколько способов доказать правдивость моих слов.

– Что вы имеете в виду? Как это можно доказать? – спросил Жан-Луи.

– У Пейдж Чендес был довольно заметный круглый шрам. В детстве она упала с велосипеда. Он вот здесь, на левом плече… – Кейн рывком притянул Анжелику к себе и сдернул рукав с плеча.

Анжелика вскрикнула, а Жан-Луи схватил Кейна, чтобы оттащить его в сторону. И тут же оба застыли, глядя на плечо девушки. Первым очнулся Майлоу.

– Ну и ну! Как… удачно! – засмеялся он. – Божья коровка. Славная, толстенькая, круглая божья коровка. Интересно, когда это ты сделала татуировку?