По счастью для нее, то первое, положительное впечатление оказалось полностью вытеснено осознанием того, что, будучи невероятно красивым, он является напыщенным болваном, который нуждается в хорошей отповеди.

И она была способна дать эту отповедь. Она улыбнулась, наблюдая, как он смахивает клочки бумаги с плеч. Несколько клочков остались незамеченными в волосах, придавая ему вполне заслуженный рогатый вид. Верена решила, что ей не к лицу беспокоиться и сообщать ему об этом. Пусть появится в таком виде в обществе. Жаль, что она не увидит, как люди будут показывать на него пальцем и смеяться.

– На что это вы смотрите? – резко спросил он хмурясь.

– О, просто так. Мистер Сент-Джон, спасибо за визит. Я позвоню Гербертсу, чтобы принес ваше пальто. Осмелюсь предположить, что он сейчас в нем красуется. – Она с удовлетворением наблюдала, как раздражение Брэндона Сент-Джона сменилось едва сдерживаемым гневом.

Она повернулась к звонку, когда Сент-Джон, все еще сидевший в кресле, схватил ее за запястье. Верена взглянула на него, не рассердившись – слишком уж забавляла ее сложившаяся ситуация.

– Да?

Сент-Джон плотно сжал губы, его глаза вспыхнули еще ярче.

– Я хорошо осведомлен о приемчиках, к которым прибегают женщины вашего типа.

– И к какому же типу женщин я отношусь?

Он окинул ее взглядом с головы до ног, вызывающе задержав взгляд на груди. Словно раздевал ее. В животе у Верены, к ее удивлению, стало жарко.

Наконец его взгляд вернулся к ее лицу.

– Могу я говорить откровенно?

– Не уверена, что готова выслушивать новые откровения. Во всяком случае, без ответа. Если вы продолжите в том же духе, вам придется взять с кушетки подушку для защиты.

Губы Брэндона изогнулись, удивление на мгновение смягчило взгляд синих глаз.

– Я не хочу вас оскорбить, но мы оба знаем, что произошло.