Здесь не принято было вставать. Несколько пар внимательных глаз посмотрели на заместителя руководителя Службы внешней разведки, курировавшего в том числе и агентуру в Центральной Европе. Георгию Самойловичу Осипову было пятьдесят два года. Это был настоящий профессионал, один из тех, кому удалось остаться в разведке после распада Советского Союза и развала КГБ. Только благодаря усилиям академика Примакова, возглавившего внешнюю разведку России в этот сложный период, удалось сохранить кадры и потенциал бывшего Первого главного управления. Среди профессионалов, работающих во внешней разведке, уже третий десяток лет был и генерал Осипов.

— Мы получили сообщение о возможной сделке, — глуховатым голосом пояснил Осипов. — Неизвестный нам агент вышел через некоего Дитриха Барлаха на резидентуру ЦРУ в Берлине и предложил эти списки за совершенно фантастическую сумму — пятьдесят миллионов долларов. Подобная сумма и заинтересованность американцев в покупке вынудили нас проверить сообщение Барлаха. Он оказался сотрудником полиции, был уволен на пенсию по инвалидности еще при режиме Хонеккера. По некоторым сведениям, также работал платным агентом «Штази», выполнял отдельные поручения.

Барлах, очевидно, был связным, через которого на американцев пытался выйти настоящий агент. Мы не могли допустить, чтобы подобные списки, если они действительно находились у напарника Барлаха, попали в руки американцев. После тщательного анализа мы пришли к выводу, что Барлах мог работать с одним из бывших сотрудников так называемой группы "П" — специальной группы полковника Хеелиха, сотрудники которого готовили списки агентов к длительной «консервации».

Наши аналитики провели определенную работу и выяснили, что вместе с Барлахом работал Фредерик Нигбур, бывший сотрудник группы "П". Было принято решение об оперативном вмешательстве. В результате Нигбур погиб в автокатастрофе, а в доме Барлаха произошел взрыв, но по не выясненным до конца причинам Барлах остался жив и попал в больницу.