Я была хорошенькой девочкой с каштановыми локонами и карими глазами, необычайно бледной до прозрачности и худой. Мисс Плам одевала меня, как большую японскую куклу, на которую я походила. Денег хватало и на одежду, и на любые деликатесы, какие бы я ни пожелала. Я принимала все это за подарки; лишь спустя несколько лет я поняла, что была любимицей мисс Плам благодаря своему положению богатой наследницы. Я не покидала школу даже на каникулы, ибо была абсолютно одна. Мисс Плам жалела меня за мое сиротство и за физическую слабость и вместо того, чтобы заставлять меня заниматься и работать, баловала меня, согревая у огня и пытаясь пробудить во мне аппетит своей любимой жирной пищей.

Естественно, что при таком обращении я вскоре превратилась в избалованную самовлюбленную девчонку. Ненависть ко мне остальных учениц по силе была равна обожанию мисс Плам. Я не замечала их отношения до дня своего десятилетия, когда мне убедительно показала его одна из приглашенных девочек: я по своему обыкновению поддразнивала ее, как вдруг она в раздражении изо всех сил запустила мне в лицо пирожным с джемом.

Потеряв дар речи от неожиданности, я начала слизывать джем со своего забрызганного лица, и внезапно выражение лица мисс Плам разбудило во мне доселе дремавшее чувство юмора. Я рассмеялась, и гости последовали моему примеру. С тех пор девочки стали лучше ко мне относиться, особенно после того, как мне удалось уговорить мисс Плам отменить наказание, назначенное Маргарет.

В шестнадцать лет я стала самой старшей ученицей во всей школе. Мои подруги покидали школу, чтобы занять свое место в семейном кругу или вступить в брак, который был для них подготовлен.

В мае того года впервые появился мистер Бим. Он был поверенным моего отца и одним из моих опекунов (вторым была моя тетя). Мисс Плам часто упоминала его имя, так как именно через него производилась оплата моего обучения и содержания, но прежде он не оказывал мне чести своим вниманием, и наша первая встреча была для меня чем-то устрашающим.