Прекрасно атлетически сложенный Патрик хорошо одевался, и его каштановые волосы были всегда гладко причесаны. Но сам он считал, что девушек привлекал его темперамент: молодой человек был беспечен, видел жизнь только с ее солнечной стороны, наслаждался обществом людей, много улыбался и ничего не воспринимал серьезно, пока не встретил Лауру Грэйнджер и не влюбился в нее, подобно Шалтаю-Болтаю, упавшему со стены.

И теперь, как и Шалтай-Болтай, Патрик был разбит на куски, и вся королевская конница и вся королевская рать не могли бы его собрать снова вместе. Ему всегда казалось, что Лаура не любит его так сильно, как он, и, вероятно, именно ее холодность и привлекла поначалу. Она была вызовом за годы, в которые он легко увлекал девушек. Один взгляд на нее, и Патрик слышал биение своего сердца. Он понял, что влюбился. А что же еще могло заставить так внезапно биться ваше сердце? Он никогда не испытывал такого чувства раньше.

Вскоре он почувствовал, что Лаура относится к нему довольно прохладно. Она была красивой и умной, привыкла к тому, что ее преследуют мужчины, чем очень отличалась от других девушек, с которыми он встречался раньше. Те были преданы Патрику душой и телом, стирали ему, убирали квартиру, готовили еду. А Лаура была слишком занята своей карьерой в агентстве общественных связей. Она не была домоседкой, и они часто обедали вне дома. Когда обед был дома, то Патрик сам готовил еду.

Патрик считал себя практичным человеком. Чтобы ни приходилось ему делать — рисовать ли или лепить в глине или бронзе, гладить или убираться, — он получал удовлетворение от хорошо сделанной работы, особенно если это было для Лауры.

Ее имя как воспоминание о музыке, подумал молодой человек. Лаура, холодная, как зимнее утро, далекая, как темно-голубой горизонт, который он видел из красного «фиата» Рей, повернувшего на Английский бульвар, тянувшийся вдоль моря.