– Да не за что. Сама-то как себя чувствуешь? – прищурившись, спросил Антон.

– Нормально. Правда, немного странно и страшновато. – Ирэн повернулась и посмотрела на видневшиеся развалины. Совсем скоро ночь полностью вступит в свои права, и они станут мрачной черной тенью, напоминающей о былом великолепии.

Пока Ирэн с Антоном тихо переговаривались возле ложа Стауруса, кто-то успел разжечь небольшой костер, поэтому в башне стало намного уютнее и спокойнее. Студент раскладывал провизию, захваченную из своего мира, остальные сразу оживились и стали сходиться ближе к импровизированному столу. Кто-то выкладывал колбасу с сыром, кто-то – хлеб и фрукты, потом появился большой термос с горячим кофе, а выставленная Рокером бутылка хорошего коньяка подняла настроение всем. По мере того как пустела бутылка, в башне все чаще стал слышаться смех.

– Шутки шутками, а мы охрану выставлять будем? – среди общего веселья послышался раздраженный голос Ленки.

– Будем, будем. Ирэн, ты не знаешь, здесь поблизости кто-нибудь живет? – Женька поднялся и подошел к развалившейся стене, вглядываясь в темноту. – Не хотелось бы нарваться на нежданных гостей. Нас-то хорошо видно на фоне костра.

– Не видно, – буркнул Антон. – Как только мы завершили переход, я сразу щит поставил. Никто не знает, что мы здесь, и никто нас не увидит и не услышит, даже если и подойдет очень близко. – Антон доедал свой бутерброд и был зол оттого, что коньяк ему так и не предложили, считая еще ребенком. Он бы и сам не стал пить, но ведь дело принципа.

– А мальчик растет. – Рокер, проходя мимо Антона, хлопнул его по спине так, что чуть не опрокинул прямо на так называемый стол. – Сил надолго хватит?

Немного смутившись, Антон откашлялся и ответил:

– Не знаю, но пока все нормально. Думаю, ночь выдержу, а там, может, уже и Стаурус придет в себя. – Мальчик бросил быстрый взгляд на спящего Владыку.

– А если наша спящая красавица не проснется до утра, что будем делать? – сквозь зубы процедила Ленка.