— Мое шестое чувство пока что безмолвствует. Правда, не постигаю, на кой ляд понадобилось выписывать американскую охрану. Дикон уверяет, будто службу Diablo рекомендовало этой семейке само ФБР… Ну, да Аллах с ними.

— А моя девяностолетняя бабушка уверяет, будто на днях победила в чемпионате стрелков из рогатки, — возразил Тартаро. — Чепуха, Фрост!

— Дорогой мой, — улыбнулся наемник, — я уже взялся за гуж. И надобно доставить мальчишку по назначению.

— Кстати, все еще таскаешь браунинг? Завел бы что-нибудь сорокапятикалиберное. Они сейчас идут нарасхват.

— Верно. Только я большей частью работаю за границей, где сорок пятые патроны, бывает, и днем с огнем не сыщешь. А девятимиллиметровыми в любой стране разживешься безо всякого труда. Уразумел?

— Ага, — улыбнулся Тартаро.

— Что до моего собственного шестого чувства, — продолжил он, глубоко затянувшись, — предрекаю: твоему пугачу предстоит немножко поработать на канадской почве. А возможно, и потрудиться в поте лица… виноват — в нагаре ствола. Разрешение носить пистолет исхлопотали?

— Дикон уладил все.

— М-м-м?

— Помнишь девиз Diablo? “Мы сражаемся, точно дьяволы — ради вас”. Дикон старается блюсти репутацию фирмы.

— Стараться-то старается… А тебе не приходило в мудрую голову, что несравненного капитана Фроста используют вместо козленка?

— ??!

— Охотники на тигров, — пояснил Тартаро, — устраивают засидку на ветвях дерева, дощатую платформу… — Так называемый “махану — вставил Фрост.

— А внизу привязывают козленочка. Тот исправно блеет, и тигр приближается во всю прыть, проливая потоки слюны. Понял?

Улыбка исчезла с лица Фроста. Наемник тщательно поправил черную повязку.

— Н-да… Учту. Но деньги, так или иначе, требуются.

— Ради Бога. Только не сбрасывай со счетов подобную возможность. Работать наживкой небезопасно. Впрочем, ты не настолько глуп, как можно подумать с первого взгляда.