Он ждал довольно долго и решил, улыбаясь, что мадам появится и скажет, что исполнить его желание оказалось слишком трудно.

Она лишь извинится.

И когда он уже подумал, что мог бы уйти, так как нет смысла оставаться дольше, дверь открылась.

Вошла мадам, обнимая за плечи молодую девушку, одетую в ночную рубашку.

Поверх нее был надет дамский халат из ярко-розового муслина, обшитый грубыми кружевами и бесчисленными бантиками из бархатной ленты.

Лицо девушки было скрыто, но он увидел, что у нее длинные светлые волосы.

Когда мадам медленно повернула ее к кровати, лорд Брэйдон определил, что ей давали наркотики.

Мадам усадила ее на кровать и хорошенько встряхнула, впившись острыми пальцами в руки девушки.

— Делай то, что хотеть джентльмен, — прошипела она, — а то будет плохо!

Она отпустила девушку и, подойдя к лорду Брэйдону, сказала:

— Она молодая и застенчивая! Что может быть лучше, майн герр, чем девственница, оч-чень невинная, оч-чень редкая!

Она хитро усмехнулась и быстро вышла из комнаты, не давая ему возможности возразить что-либо.

Только когда дверь захлопнулась, девушка подняла голову и открыла глаза.

И тут лорд Брэйдон пришел в крайнее удивление, узнав в ней Лоилию.

Она тоже сразу узнала его и вскрикнула:

— Вы!

Вскочив, она бросилась к нему.

Быстро реагирующий ум подсказал Брэйдону, что здесь что-то не так.

Второе, что он успел осознать, — это факт, что Лоилия притворяется опоенной наркотиками.

Она подбежала к нему, и он понял, что она сейчас бросится к нему на грудь, поэтому он быстро приложил свою руку к ее губам, чтобы она не успела ничего сказать.

Он обнял ее одной рукой и повернулся спиной так, чтобы любой, смотрящий через дверь, думал, будто он целует ее.

В то же время он тихо прошептал ей:

— Не говорите! Они слушают и наблюдают.