Он ощутил легкий жест беспомощности в движении ее руки, державшей его руку.

— Я знала, что вы не… поверите мне.

— Я пытаюсь поверить, но вы еще не сказали мне имя вашего отца.

— Стэндиш, — ответила она.

Лорд Брэйдон пристально смотрел на нее.

— Вы хотите сказать, что ваш отец — Тарстон Стэндиш? — сказал он наконец.

— Вы знаете его? Вы знаете папу?.. Я с трудом могу… поверить в это!

Имя Тарстон Стэндиш говорило очень много людям, подобным лорду Брэйдону, которым Министерство иностранных дел доверяло порой особые поручения и миссии в других странах.

Тарстон Стэндиш был одним из тех необычайно одаренных людей, которые изредка рождаются в различных частях света.

Человек, способный с легкостью говорить на любом языке, каким бы трудным он ни казался другим людям, Тарстон Стэндиш был общепризнанным экспертом по всем вопросам, касающимся Востока. И поскольку это также интересовало его, он был непререкаемым авторитетом в области различных видов оружия.

Казалось бы, странное сочетание интересов, но это имя несколько раз шепотом произносили лорду Брэйдону с благоговением и восхищением.

При этом говорили, что Тарстон Стэндиш знает больше, чем кто-либо, о научных экспериментах, проводимых в России и некоторых других странах мира.

Это был человек, с которым лорд Брэйдон всегда жаждал встретиться.

Насколько же невероятно — даже трудно поверить, что все это происходит с ним наяву, — было то, что он станет теперь поддерживать контакт с дочерью Тарстона Стэндиша.

А также то, что она сейчас в Берлине и ищет своего отца.

Внезапно в его сознании вспыхнула мысль, что Тарстон Стэндиш мог быть тем человеком, о котором говорил маркиз Солсберийский.

Тем человеком, которого он послал в Берлин узнать что-либо о новом германском орудии и от которого больше месяца не поступало известий.

Лорд Брэйдон подумал, что именно подобные задания должны были казаться увлекательными для Тарстона Стэндиша.