– Ты вовсе не похожа на бездомную, Лиза! – прервал ее размышления негодующий голос Руби. – Он просто чванливый осел, который считает, что те, у кого нет «мерседесов», просто недостойны жить на этой земле.

Лиза благодарно улыбнулась ей. Руби была ее лучшая подруга. Каждый вечер они болтали в ожидании рейсового автобуса, идущего в Цинциннати, где Лиза работала уборщицей в музее, а Руби пела в ночном клубе в центре города.

Лиза задумчиво посмотрела на Руби. Под сизо-серым плащом классического покроя виднелось потрясающее черное платье, украшенное ниткой жемчуга. Босоножки с ремешками и на высоких каблуках не скрывали тщательного педикюра; босоножки, которые стоили столько же, сколько Лизе с матерью было необходимо для того, чтобы безбедно жить целый месяц. И никакой нахал не посмел бы обрызгать Руби Лану. Может, когда-нибудь Лиза тоже сможет так выглядеть, но не сейчас, когда она по уши в долгах и на горизонте нет никаких перспектив.

– Я уверена, что он даже не успел рассмотреть твое лицо. – Руби никакие могла успокоиться, хотя «мерседес» давно уехал. – Если бы он тебя увидел, то обязательно остановился бы и извинился.

– Из-за того, что я такая расстроенная?

– Потому что ты такая красивая, моя дорогая.

– Ну да, конечно, – вздохнула Лиза. Если Руби и заметила в ее голосе горечь, то тактично не подала виду. – Только это не имеет никакого значения. Я не пытаюсь произвести впечатление на кого бы то ни было.

– Но ведь для тебя это пара пустяков! Ты даже не представляешь, какая ты красавица, Лиза! Этот тип наверняка «голубой». Только гомик может не обратить внимания на такую женщину, как ты.