Весь вид Дайны, тихо спрашивал, с какой стати он начал обсуждение этой темы, но вслух она не решилась произнести этого. Она просто пожала плечами. — Я полагаю, нет.

— Таким образом, Вы действительно соглашаетесь, с тем, что некоторые вещи невозможны только потому, что мы ещё не испытывали их?

Она уставилась на него в течение некоторого времени, а затем с легкой сухостью в голосе ответила, — Философски говоря, да, я действительно согласна с этим.

— Хорошо. Пообедайте со мной.

Немедленно к ней вернулась ее настороженность. — Спасибо, но у меня ещё много работы, которую я должна выполнить.

— Дайна, музей не превратиться в руины, если Вы уделите час на обед.

— Я знаю, — сказала она немного натянуто. — Но я предпочитаю работать без обеда, г. Баннистер.

— Макс, — тут же поправил он. — Пожалуйста.

— Если Вы настаиваете, Макс.

Макс улыбнулся, хотя это и стоило ему некоторых усилий. Он хотел остаться и найти путь через ту стену, которой она отгородилась от него, или, по крайней мере, убедить её пообедать с ним, но тут он услышал вдалеке знакомый голос. И принял решение, что в данный момент более жизненно важным было перехватить Вульфа. Поднявшись на ноги, он пошел к двери, но затем вернулся и посмотрел на неё.

— Вы действительно боитесь меня, Дайна?

— Румянец тут же залил её щеки. — Как я могу бояться Вас. Я Вас совершенно не знаю.

— Собственно, поэтому, я задавался этим вопросом. — Он сделал паузу, а затем добавил. — Не работайте слишком много. — И не ожидая ответа, которого, как он предполагал, мог и не дождаться, вышел из офиса и направился в холл.

Приблизительно в двух шагах от зала, он заметил Вульфа, которого он весьма эффективно заблокировал в проходе. — Вы, выглядите таким мрачим, — мягко заметил Макс.

— Да уж, я точно в данный момент, не являюсь счастливым, — согласился Вульф Найкерсон. Ему было тридцать шесть лет, на два года меньше чем Максу. Они были сводными братьями и воспитывались своими отцами на противоположных побережьях страны, и хорошо узнали друг друга, только когда уже стали взрослыми. Но даже при том, что они стали близко общаться между собой, менее пятнадцати лет, узы возникшие между ними были необычно крепкими.