И в музее все шло своим чередом, как будто не произошло ничего страшного. Ночные охранники ушли домой, дневная смена находилась на своих постах, а посетители также блуждали по залам и галереям. Кен Дуган убедил его, что открытая дверь была простой оплошностью, и после предостережения служащих быть более осторожными, казалось выбросил этот вопрос из головы.

Вульф Найкерсон немного покрутился с утра, но не говорил ни с кем кроме макса и Кена, ушел более часа назад. Дайна наклонилась, чтобы переобуться. Когда она услышала глухой стук, то подняла взгляд и увидела Макса.

— Вы готовы? — повторил он приятным тоном. И прежде чем она смогла придумать отговорку, добавил, — есть кое-что, о чем я должен поговорить с Вами, и как можно скорее. Кстати, там все еще холодно. Наденьте пальто.

С ее нервами уже натянутыми до предела, у Дайны не было ни малейшего шанса, чтобы противостоять ему. Какая-то часть ее даже желала, чтобы он поскорее закончил с этим и выдвинул обвинение, а не заставлял ждать в смятении. Она тихо поднялась из-за стола, взяла пальто, и напряглась, когда он вошел в офис, чтобы помочь ей одеться, при этом она чуть не выпрыгнула из своей кожи.

Пятнадцать минут спустя, едва обменявшись хотя бы несколькими словами, они присели за изолированный столик в тихом ресторанчике в нескольких кварталах от музея. Когда Дайна отрицательно качнула головой в ответ на вопрос официанта, не принести ли им чего-нибудь попить до обеда, Макс заказал кофе для них обоих, и официант оставил их в покое изучать меню. Через окно у их столика, открывался захватывающий вид на залив, и Дайна сосредоточила все свое внимание на пейзаже.

— Дайна?

— Да?

Спокойным голосом он произнес. — Это нельзя оставить в покое, подвешенным колебаться в воздухе между нами, я совершенно уверен, что это Вы открыли ту дверь вчера вечером. Я полагаю, Вы были вынуждены сделать это, потому что Вам кто-то угрожает.

Дайна резко повернула голову и с удивлением уставилась на него.