— Я хотела бы уехать сейчас же, пожалуйста, — произнесла она тонким голосом.

— Дайна, — он коснулся ее плеча.

Она яростно вздрогнула, отшатываясь, и повернув голову, уставилась на него широко раскрытыми глазами.

Макс замер, кончики его пальцев находились всего на расстоянии в пол дюйма от ее плеча. Медленно он убрал руку, выдерживая ее пристальный взгляд и стараясь удержать контроль над своим желанием. — Кто причинил Вам боль, любимая? — спросил он мягко.

— Кто это был?

Она не услышала привязанности в его голосе. Она не слышала вообще ничего. Что-то случилось, что не поддавалась ее контролю. Это было самое странное ощущение, столь же материальное, как и физический контакт. Это зацепило все ее чувства и эмоции, как будто он был связан с нею самым глубоким образом. Она чувствовала себе столь странно защищенной, оберегаемой … в безопасности. Все остальное, казалось, отступило, пока не стало столь далеким, что не приносило тревоги.

Скажите мне, — просил он.

У нее не было никакого выбора. Она должна была сказать ему, только надо было найти способ восстановить дыхание. — Я не знаю, кто это был. Они так и не поймали его, — тихо пробормотала она. — Даже притом, что прошло уже почти два года с тех пор как это случилось.

Холод распространялся по Максу, приводя к оцепенению. Он боялся, что получилось так, что ей причинили боль самым ужасным, порочным образом, которым только можно причинить боль женщине. Его грудь болела, и он чувствовал волну гнева при одной только мысли о человеке, причинившем ее такую муку. Он хотел протянуть к ней руки, обнять ее, стереть ее боль и страх. Но не смел. Вместо этого он очень медленно, поднял руку и снова коснулся ее плеча. Он мог чувствовать ее напряжение, даже не прикасаясь к ней, а ее пристальный взгляд не отрывался от его лица.