– Как тебе удается быть такой мудрой?

– Не забудь, девочка, я пережила войну и не раз видела смерть за свою долгую жизнь. Приходится принимать то, что уже невозможно изменить. По-другому нельзя.

Они рассматривали старые фотографии. Вот Ванесса – еще крошечный младенец, а здесь – смеющаяся пятилетняя девочка, а вот – долговязый подросток, и наконец невеста – ослепительная в своей красоте. Эвелина не стала задерживать свое внимание на этой фотографии, потому что смуглое и чувственное лицо Алессандро, жгучего красавца-брюнета, оттеняющего белокурую красоту своей хрупкой жены, напоминало ей о собственной нечистой совести.

Они помолчали, а потом бабушка сказала:

– Я слишком стара и немощна, чтобы ехать в Италию на похороны, но единственное, чего бы я хотела перед смертью, – это подержать Ренцо на руках.

Эвелина печально вздохнула. Она не любила, когда бабушка заводила разговоры о смерти.

– Я привезу его сюда. Обещаю, – решительно сказала Эвелина.

– Но Алессандро может быть против…

– Твое желание вполне законно, и я не думаю, что у него есть право противиться этому. Он просто обязан согласиться. Я не потерплю отказа.

– Эвелина, тебе нужно учиться быть дипломатичной. Девочка моя, ты слишком прямая. Нужно просить Алессандро об этом, а не требовать. Ты же знаешь, как он относится к сыну, ты прекрасно понимаешь, что он за человек. Немногие люди осмелятся встать ему поперек дороги.

– Ба, я не думаю, что дело дойдет до этого, – сказала Эвелина.

Подумав немного, она неуверенно спросила:

– Бабушка, ты ведь так же, как и я, ненавидишь его за то, что он сделал Ванессу несчастной?

– Деточка моя, да ведь счастье нельзя подарить друг другу. Это дело двух людей – строить свое счастье шаг за шагом. Ненавижу ли я Алессандро? Ты знаешь, ненависть – это просто бесполезная трата чувств. Что хорошего может быть в том, что я буду ненавидеть отца моего внука?