И тут она с леденящей душу уверенностью осознала, что это были вовсе не удары кулака. Едкий запах, донесшийся до нее, не оставлял никаких сомнений: это был выстрел. Выстрел, произведенный из пистолета с глушителем. Кто-то выстрелил дважды в ее кровать.

О боже, о боже…

Она вся обмякла от охватившего ее ужаса.

Тонкий луч света еще раз прорезал темноту над кроватью. Мадди с ужасом смотрела на сбившиеся в комок одеяло и простыню. Луч на мгновение задержался на подушке, где только что лежала ее голова. Шоколадно-коричневое ухо Фаджи виднелось из-под одеяла. Мадди осенило, что стрелявший принял мех игрушки за ее волосы. И выстрелил.

И тут она увидела, как рука в черной перчатке тянется к одеялу. Он собирался его откинуть.

Беги!

Мадди вскочила на ноги и бросилась по направлению к едва различимой узкой полоске света под дверью.

– Эй! – раздался удивленный мужской голос.

Скрываться уже не имело смысла, и Мадди пронзительно закричала. Он пытался нащупать ее лучом фонарика.

Она услышала за спиной его шаги, он сейчас ее поймает! Но она уже была у двери, судорожно схватилась за круглую гладкую ручку…

О боже, ее руки вспотели. Она не может повернуть ручку.

Сильная рука схватила ее за плечо. Мадди вопила, колотила руками и ногами, сопротивляясь что было сил.

– Помогите! Помогите!

Ее крики еще отдавались эхом в номере, когда он швырнул ее на стену. Пальцы в перчатках сомкнулись у нее на горле, она не могла пошевелиться. Инстинктивно пытаясь вцепиться ему в руки, Мадди вспомнила о карандаше – своем оружии – и тут почувствовала, что он выскользнул на пол.

О боже!

Она беспомощно царапала ногтями кожаную перчатку, когда ей все-таки удалось вонзиться в его оголившееся запястье. Он с размаху ударил ее кулаком в лицо.