Не останавливаясь, человек в черном продолжил свой путь. Переступив через трупы, он сильным ударом ноги распахнул дверь черного хода и оказался в темном коридоре. Миновав одну из дверей, он двинулся дальше и остановился перед тяжелым занавесом. Отсюда, если слегка отодвинуть занавес, можно было наблюдать за всем происходящим в баре.

Бармен играл сам с собой в кости, а двое посетителей сонно наблюдали за его манипуляциями. Сразу три полуодетые официантки поднесли им выпивку и водрузили стаканы на мокрые столы. Под аккомпанемент трио музыкантов в костюмах ковбоев на маленькой сцене извивалась девица, вся одежда которой состояла из крошечных трусиков.

Официантки и танцовщица были единственными женщинами в баре.

В ледяном взгляде незнакомца промелькнуло удовлетворение. Он отступил от портьеры и направился выполнять миссию, приведшую его сюда. Он дважды постучал в запертую дверь и, не дожидаясь разрешения, вошел в помещение.

Роберт Грамелли, он же «Самородок», сидел за старым письменным столом, придвинутым к стене. Грамелли был хозяином Буффало, хотя и не занимал никакой должности в городском муниципалитете. Здесь же находились двое его капореджиме: Бен Мадзо и Чарли Кантилло. Еще один человек, скрестив руки на груди и удовлетворенно улыбаясь, сидел на стуле в глубине комнаты.

Один лишь Грамелли повернул голову при появлении непрошеного гостя. Он приоткрыл рот, и глаза его широко раскрылись. Последнее, что он увидел в своей жизни, был высокий человек в черном, который стоял на пороге с прижатым к бедру оружием. Ослепительная вспышка — и пуля вошла Грамелли точно между глаз.

Мадзо и Кантилло не успели по достоинству оценить скорость стрельбы, принесшей смерть боссу. Долю секунды спустя их самих постигла та же участь. Сидевший на стуле молодой человек, не переставая улыбаться, пристально вглядывался в неподвижно застывшего у двери человека в черном.

— Мак Болан, — произнес он.

Лицо непрошеного гостя оставалось непроницаемо-зловещим. Лишь губы слегка шевельнулись: