У них были особые лица: голодные, агрессивные, умные. Их глаза блестели тем самым возбуждением, что и у Энн Маркхэм в предвкушении быстрого, жесткого секса. Другие, из местных радиостанций и газет Рочестера, Остина и Уайноны, были поскромнее на вид, но так же настойчиво лезли покопаться в грязи. Все они одним миром мазаны. А отсюда их следовало бы гнать поганой метлой. Нечего им здесь делать. Убили человека, это трагедия, а не повод лишний раз щелкнуть фотоаппаратом.

Не глядя на Элизабет, он резким кивком показал на ближайший полицейский джип.

— Увези ее, Кении.

— Нет! — яростно прошипела Элизабет, как и он, совершенно не желая, чтобы собратья по перу слышали ее, и наклонилась к нему, так что они чуть не столкнулись лбами. — Я его нашла…

— И у вас эксклюзивные права на репортаж? — презрительно сощурясь, фыркнул Дэн. Сучка хладнокровная, готова на чем угодно делать деньги. Похоже, ей совершенно все равно, жив этот бедолага или умер.

Он подумал о мужчинах, которых она любила и бросала; о том, как пыталась выдоить побольше золота из Брока Стюарта; о Трисси, променявшей его на более молодого и честолюбивого партнера, о лос-анджелесских газетах, набросившихся на его развод, как жадные кошки на пролитую сметану, и ему стало еще труднее сдерживать злобу.

— Вы считаете, что заслуживаете особого отношения, миссис Стюарт? — криво улыбнулся он. — Что ж, хорошо.

Не успела Элизабет ахнуть, как он схватил ее за руку выше локтя и потащил обратно к телу, именно потащил, как ребенок плюшевого мишку за лапу; остановился, присел на корточки рядом с Джарвисом и грубо дернул ее за собой вниз, так что ей пришлось выпустить фотоаппарат и схватиться за открытую дверцу «Линкольна», чтобы не свалиться прямо на труп. Не сдержав стона, Элизабет опустилась рядом с ним. Тяжелый фотоаппарат болтался у нее на шее, гравий больно впивался в коленки.

— Значит, эксклюзивный репортаж?

Не сводя с нее взгляда, Дэн рывком перевернул тело.