– Нет, не моя. – Он замотал головой. – Вернее, не была моей. Но может стать моей, если не найдется хозяин.

– Ты же сказал, что хотел поймать эту лодку, что следил за ней, когда она плавала у берега. – Он действительно не говорил, что это его лодка. Девушка сама так решила. – Тогда чья же это лодка?

– Не знаю. Видимо, ее хозяин не умеет беречь свои вещи, правда?

Он тихо засмеялся.

Она перевела взгляд с лодки на его лицо.

– Как ты сюда попал?

– Держался за обломок моей лодки, и ветер принес меня сюда!

– А где тот, кто приплыл на этой лодке?

– Не знаю. Может, вывалился из нее?

– Ты не видел еще чьих-нибудь следов?

– Нет.

Значит, какой-то моряк погиб.

– И давно ты здесь?

– Несколько часов.

– А почему сразу не пришел к монастырю?

Они уже подходили к деревянной двери.

– Хотел поймать ту лодку.

Он твердит одно и то же.

Рыбак взялся за большое железное кольцо, закрепленное на створке, и оно стукнулось о доски.

Резко обернувшись, Сорча поймала на себе пристальный взгляд его единственного глаза. Рыбак больше не был глуповатым, добродушным увальнем. Он снова стал чудовищем.

– Почему ты завязал лицо шарфом? – резко спросила она.

Улыбаясь, он дернул себя за чуб.

– Я потерял один глаз. Лицо красное, в шрамах. Вот я его и закрываю, чтобы не пугать людей. – Он взялся руками за тряпку. – Хочешь посмотреть?

– Нет! – поспешно ответила девушка.

В этот момент дверь распахнулась. Пожилая монахиня отступила в сторону, опустив глаза и пряча кисти рук в рукавах.

– Сестра Тереза, к нашим берегам прибило путника! – С этими словами Сорча вошла в прихожую. – Передай матери Бригитте, что ему нужно пристанище, пока он не сможет вернуться в мир.

Услышав, как стучат у Сорчи зубы, добрая сестра Тереза подняла глаза.