- Я не раз радовалась тому, что он еще такой маленький... И в то же время слишком маленький, чтобы ему можно было что-то объяснить.

Ребенок, уловив, что речь идет о нем, стал с интересом прислушиваться. Заметив это, горбунья сменила тему разговора:

- А чем нас там покормят, в твоем трактире, Том?

- Ну, я так думаю, будет утка или бекас.., или оленина. А может быть, миноги и осетр...

- Мы должны твердо помнить наши роли, - сказала горбунья.

Ребенку захотелось, чтобы снова заговорили о нем, и маленькие ручки заколотили по горбу.

- Нэн, Нэн, - говорило дитя. - Грязная Нэн!

Не люблю грязную Нэн!

- Тише, золотце, тише, - понизив голос, сказала горбунья.

Когда четверка добралась до трактира, начало смеркаться, и это им было даже на руку: при дневном свете они чувствовали себя неуверенно, да и ребенок к тому времени уснул.

Том прошел во двор и отыскал хозяина. В ожидании попутчика трое остальных стояли под вывеской.

- Может, не стоило заходить сюда, - сказала Нелл. - Сделали бы себе постели под изгородью - и порядок!

- Ничего страшного не будет, - пробормотала горбунья. - И вообще, чуть свет, мы уйдем.

Наконец Том кликнул их: он стоял вместе с хозяином.

- Так это, значит, вы, - сказал тот. - Две женщины, два мужчины и мальчонка. Вообще-то я не принимаю на постой бродяг и извозчиков. Мой трактир для людей высшего разряда.

- Мы заплатим, - быстро сказал Том.

- Каждый день, приходят-уходят, уходят-приходят, - продолжал хозяин. Только что перед вами здесь останавливался полк солдат.

Том вынул кошелек и показал его содержателю трактира.

- Платим заранее, - сказал он. - Мы устали и проголодались. Давайте тут же, не сходя с места, обо всем договоримся.

- Хорошо, отлично, - согласился хозяин. - Что будете есть? Ужин за общим столом обойдется вам в шесть пенсов на человека.