Вот как все должно происходить. Если на свете есть хоть какая-то справедливость, то все именно так и произойдет.

Но КОГДА? Когда он собирается приглашать меня? Стоит только посмотреть на него сейчас. Он, совершенно очевидно, НЕ думает о выпуск­ном бале. Он спорит с Борисом Пелковски о том, как исполнить новую песню их группы — «Мы молодые, мы играем рок*. Эта песня критику­ет ситуацию, сложившуюся в данный момент на Среднем Востоке. Я страшно извиняюсь, но тот, кто волнуется из-за ситуации на Среднем Востоке, СОВЕРШЕННО НЕ СПОСОБЕН ВСПОМНИТЬ О ТОМ, ЧТО ЕМУ ЕЩЕ НАДО ПРИГЛАСИТЬ СВОЮ ДЕВУШКУ НА ВЫПУСК­НОЙ БАЛ.

Вот что значит — любить гения.

Я не хочу сказать, что Майкл совсем не про­являет ко мне внимания. Я знаю кучу девчо­нок, например Тину, которые ужасно завиду­ют мне, что у меня такой красивый и при этом такой внимательный спутник жизни. Я имею в виду, что Майкл ВСЕГДА садится со мной во время ланча, каждый-каждый день, кроме вторников и четвергов, когда в это время у него заседание компьютерного клуба. Но даже тог­да он страстно смотрит на меня, сидя за столом компьютерного клуба с другой стороны кафе­терия.

Ну, ладно, может, не страстно, но он иногда улыбается мне, когда замечает, что я пялюсь на него через весь кафетерий и думаю, на кого же он больше похож — на Джоша Хартнетта или брюнета Хита Леджера.

Майкл не любит выражать свои чувства на людях — да это и не удивительно. Я же везде таскаюсь вместе с огромным шведом, экспер­том по всякой борьбе. Так что Майкл никогда не целует меня в школе, не держит за руку в коридоре, не сует мне ладонь в задний кар­ман джинсов, когда мы идем по улице, и ни­когда не приваливается ко мне, прижимая к шкафчику, как это делают Джош с Ланой...

Но когда мы одни... когда мы одни… когда мы одни...

Ладно, мы еще не добрались до пункта но­мер два. Разве что, был момент однажды, во время весенних каникул, когда мы строили тот дом. Но, наверное, я все придумываю... Моло­ток был зацеплен за лямку моего комбинезо­на, и Майкл попросил его на минутку, а я не могла протянуть ему молоток, потому что обе руки были заняты, и его рука как бы случай­но провела по моей груди, чтобы достать моло­ток...