Когда я составила этот список, то с грустью увидела, что единственное, что я наверняка получу ко дню рождения, это пункт два. Ко­нечно, братик или сестричка непременно ро­дится, но это случится только через месяц, самое раннее. И бабушка в жизни не бросит курить. Мировой голод — такие вещи победить не может никто. Мой папа говорит, что мобиль­ный телефон я либо потеряю, либо сломаю, как ноутбук, который он мне как-то подарил (я тут, кстати, ни при чем. Я всего лишь вытащила его из рюкзака и на секундочку поставила на раковину, и я не виновата, что Лана Уайнбергер толкнула меня, а раковины в нашей шко­ле всегда засорены, и в них вечно стоит вода. Ноутбук пробыл под водой всего пару секунд, он обязан был заработать снова сразу после высыхания. Но даже Майкл, гений как в му­зыке, так и в электронике, не смог спасти его).

Разумеется, единственное, на что бабушка обратила внимание, был пункт десять. Я откры­ла его в минуту слабости, не учтя, что меньше чем через двадцать четыре часа она и Майкл будут сидеть за общим столом на моем дне рож­дения.

— Что такое «выпускной»? Я не знаю этого слова.

Я ушам своим не поверила. Хотя, я же знаю, бабушка практически никогда не смотрит те­левизор, так что она не могла посмотреть ни «Она написала убийство», ни «Золотые девуш­ки», которые смотрят все старушки ее возраста ни, тем более, «Красавицу в розовом».

— Это праздник такой. Танцевальный ве­чер, — сказала я и потянулась за своим спис­ком, — не обращай внимания.

— И этот Московитц до сих пор не пригласил тебя на этот вечер, так я понимаю? — спросила бабушка. — И когда же он состоится?

— В следующую субботу, — ответила я. — Можно я заберу список?

— А почему ты не можешь пойти туда без него? — требовательно спросила бабушка. Она вдруг усмехнулась и осеклась, так как, по-видимому, ей было больно двигать мышцами лица. — Ну как ты проделала в прошлый раз? Пусть полюбуется.