Но история с моим происхождением — не единственное, что встряло между мной и моим стремлением к самоактуализации. То, что я — практически единственный вменяемый че­ловек, который заботится о моем маленьком братике, тоже не облегчает мне жизнь. А у бра­тика этого, кстати, на мой взгляд, есть серьез­ные нарушения развития. В свои десять месяцев он все еще не может ходить иначе, как держась за чей-нибудь (чаще всего мой) палец, и хотя он и правда на удивление хорошо разговаривает для своего возраста — он знает дна слова — би-би (машинка) и коо (кот) — он применяет эти слова без разбору ко всем предметам, а не толь­ко к машинкам и котам.

Но и это еще не все. Как Вам такой фактик: меня избрали президентом студенческого совета школы, но я все равно остаюсь одной из самых непопулярных девочек в упомянутой школе.

Или вот еще. Я наконец-то разобралась, что у меня на самом деле есть один талант (писа­тельский — если Вы еще не поняли по этому письму), но заодно я узнала, что не смогу рабо­тать в выбранной мной области, потому что буду очень занята управлением одним небольшим европейским княжеством. Как Вам это? Хотя меня никогда, нигде не напечатают, мне даже не удастся получить место помощника сочини­теля текстов для комического ток-шоу, потому что, по мнению мисс Мартинез, нашей учитель­ницы английского, я в своих сочинениях зло­употребляю прилагательными.

Или что я наконец-то завоевала любовь муж­чины моей мечты, но теперь он изучает историю кино и пишет реферат по антиутопии в науч­ной фантастике и так занят, что мы почти не видимся.