Я уловила презрение в его голосе.

— Но важно также, чтобы люди не поняли, кто находится среди них. Наша раса не должна узнать о существовании мороев.

— После совещания со стражами мы выбрали для нее как будто бы безопасное укрытие — и от мороев, и от стригоев,— подхватила Стэнтон.— Однако, чтобы она и те, кто будет с ней, остались незамеченными, нам пригодится алхимик, преданный только ее интересам, на случай осложнений.

— Это пустая трата наших ресурсов,— решительно заявил отец,— Не говоря уж о том, как невыносимо будет кому-то с ней оставаться.

У меня появилось тягостное предчувствие насчет того, что сейчас должно произойти.

— Вот почему мы вызвали Сидни,— сказала Стэнтон.— Нам бы хотелось, чтобы она была тем алхимиком, который будет сопровождать Джиллиан, пока та скрывается.

— Что?! — воскликнул отец.— Вы шутите!

— Почему? — Стэнтон говорила спокойным, ровным тоном.— Они почти ровесницы, поэтому ни у кого не возникнет подозрений, если они будут держаться вместе. К тому же Сидни уже знакома с девушкой. Для нее это не будет столь «невыносимо», как для остальных алхимиков.

Подтекст был абсолютно ясен. Я не избавилась от своего прошлого, пока нет. Горовиц помедлил и поднял иглу, давая мне шанс заговорить. Мысли мои неслись вскачь. От меня ожидали ответа. Я не хотела показывать, как меня расстроил этот план. Мне нужно было восстановить среди алхимиков свое доброе имя, проявить готовность подчиняться приказам. С другой стороны, мне не хотелось и делать вид, будто я слишком хорошо общаюсь с вампирами и полулюдьми — дампирами.

— Проводить время с любым из них всегда невесело,— сказала я, стараясь говорить невозмутимо.— Сколько бы ты с ними ни общался. Но я сделаю все, чтобы сберечь нашу — и общую — безопасность.

Мне не нужно было объяснять, что слово «общая» касалось людей.

— Вот, Джаред, слышишь?