Мальчишка одет в какое то осеннее пальтишко, голая тонкая шея при каждом тычке мотается из стороны в сторону. Драный треух свалился на тротуар и откатился довольно далеко от места событий . Пешеходы, спешащие по своим делам, притормаживали и старательно обходили этот головной убор. Вмешаться в происходящее никто даже не пытался. Мне до слез стало жалко тощего озябшего мальчишку. Я подбежала и с размаху ударила по спине амбала, одетого в дубленку. Двухметровый гигант с удивлением обернулся. От неожиданности он ослабил хватку, и юркий парнишка ловко выскользнул из его рук. Через секунду стоптанные башмаки мелькали довольно далеко от нас. Мужик, видя, что упустил добычу, рассвирепел и довольно больно ухватил своими огромными пальцами мое плечо.

— Ну что, теперь меня бить будешь? — Бесстрашно спросила я. Хотя надо признаться, слегка струхнула.

— Тетка, ты чего, с дуба рухнула? Зачем нарываешься? Парень за дело получил, а тебе чего надо? Слушай, а может ты подельница? — Вдруг осенило его. — Увидела, что парнишка попался, и быстренько пришла на помощь? И дружка отбила и украденное отнять не дала. Он тебя небось, дожидается вон за тем поворотом? — все больше распалял себя детина. Я стала всерьез опасаться, что он запросто может ударить меня. Надо сказать, я ни на секунду не пожалела, что вступилась за ребенка. То, что он чего-то там украл у мужика, дело совсем не меняло. Порядочный человек сдал бы подростка в милицию, например, но бить голодное существо в десяток раз меньше и беззащитней, низко. Я собиралась высказать свои соображения этому придурку, когда из ближайшего дома вышел еще один мужик в дубленке.

— Серега, чем это ты занимаешься? — окликнул он моего амбала. Тот обернулся на голос. Воспользовавшись тем, что он отвлекся я изо все сил воткнула свой острый каблук в ботинок мучителя и рванулась прочь. Но, наученный предыдущим опытом, парень, хоть и взвыл от боли, но хватки не ослабил. Я, пробуксовав на месте своими скользкими модельными подошвами, повалилась прямо ему под ноги .