– Не такая вы, оказывается, и чопорная, - охрипшим голосом проговорил он. - Я часто думал, как это будет - поцеловать вас.

– Думали поцеловать? - прошептала она. Он вытащил из кармана носовой платок и стер со рта губную помаду.

– Большинство мужчин любопытны, Энн, и я не видел причины, почему мне быть исключением. По крайней мере я моложе, чем ваш пожилой Ромео, приветствовавший вас вчера в отеле "Дельфин".

– Пожилой? - Она потрясенно уставилась на него. - Вы хотите сказать, что вы за мной следили?

– Да. После телефонного звонка вы так ужасающе изменились в лице, что я решил узнать, почему.

– Если бы вы спросили, я бы вам рассказала.

– Я спросил, но вы не ответили.

Вспомнив о Сирине, она промолчала, нагнулась и дрожащими руками подобрала с пола тающий кусок льда. Молча прошла к окну и выбросила его на цветочную клумбу, потом вернулась к письменному столу и села за машинку.

– Я не хотела рассказывать в присутствии Сирины… Это единственная причина, почему я уклонилась от ответа. Но у вас не было никакой нужды шпионить за мной.

– Неужели? - Он стал ходить по комнате взад-вперед. - Вы, Энн, всегда были для меня загадкой. Что-то не складывается в вас, вашей истории. С тех пор как вы начали у меня работать, я очень много думаю о вас, но не могу понять, что управляет вашими поступками, что заставляет вас, так сказать, тикать.

– Что заставляет меня тикать! - Ее глаза гневно сверкнули. - Вы ко всем людям относитесь как к заводным игрушкам, которые тикают! Вы не думаете о них как о живых существах из плоти и крови, со своими собственными чувствами и желаниями.