— Да, я должна принять приглашение и съездить туда хотя бы ненадолго. Они предлагают мне провести в Испании две недели и очень хотят познакомиться с Рикардо. Но, главное, согласись со мной, малыш в кои веки встретится со своими единственными дедушкой и бабушкой.

Маргарет вздохнула. Карен была права — их родители давно лежали в могиле.

— Ну хорошо, а потом? — спросила она.

— Потом мы вернемся и продолжим привычную жизнь. Я начну помогать Феликсу в ресторанном деле, мы уже говорили с ним об этом. Рикардо будет ходить в школу — у него там полно друзей. В Испании не останусь, и не подумаю, можешь выкинуть эту мысль из головы. И не волнуйся ни о чем, я же вижу — ты сама не своя.

Маргарет не могла понять, что же ее больше всего тревожило. Скорее всего то, что сестра никогда не умела отстаивать свои интересы, не разбиралась, где черное, а где белое. Настоящая женщина должна быть независимой, так сказать, немного себе на уме!

Карен заглянула в глаза Маргарет, уловила в них беспокойство и вдруг рассудительно предложила:

— Послушай, Магги, если ты так обо мне тревожишься, поехали в Испанию вместе — ты, я и Рикардо. Отец Мануэля может полностью оплатить поездку, он так в письме и написал. Да и не такие это большие деньги.

Она вытянула из конверта листок и прочитала: «Вы можете чувствовать себя совершенно свободно, пригласите в Испанию кого-нибудь из друзей».

— Я бы очень хотела, — продолжала Карен, засовывая листок обратно в конверт, — чтобы со мной и Рикардо поехала ты, моя любимая сестричка и мой самый первый друг. Но от тебя в последнее время только и слышишь: «Я занята, я занята». И, насколько мне помнится, тебе предстоит поездка в Париж. Немыслимо, в каком бешеном ритме ты живешь!

— Сейчас ритм не такой уж и бешеный. Я разве не говорила, что показ коллекций в доме мод временно прекращен? — удивленно спросила Маргарет и добавила: