Таккер на поверку оказался самым настоящим солдафоном, в чем Джоан убедилась, едва он успел раскрыть рот. По роду своей деятельности ей и раньше приходилось сталкиваться с идиотами, поэтому она распознавала их с первого взгляда. Контр-адмирал, с очень красивым лицом и безупречной прической (каждая прядка волос была идеально уложена, чтобы скрыть нарождающуюся плешь), представлял собой, что называется, клинический случай.

К тому же он оказался весьма скользким и неприятным типом. Задержав после рукопожатия ладонь Джоан дольше, чем следовало, он плотоядно прошелся взглядом по ее груди, всем своим видом говоря: «Мы оба знаем, что ты меня хочешь, ведь я такой очаровашка!»

Но! Палец его руки украшало обручальное кольцо.

Джоан нестерпимо захотелось вымыть руки. Таккер тем временем в напыщенных тонах объявил, что он лично займется вопросами безопасности в связи с предстоящим посещением базы президентом и его дочерью.

ДаКоста не знала, радоваться ей или расстраиваться. То ли Таккер хотел подчеркнуть, что он настолько важная персона, что ему некогда заниматься мелочами, которые для нее так важны, то ли собирался, что называется, взять со стола суперклей и намертво приклеиться к ней.

Слава богу, клей остался на столе. Джоан испытала даже что-то вроде радостного облегчения, когда контр-адмирал перепоручил ее заботам лейтенанта-коммандера Тома Паолетти, в подчинении которого находилась шестнадцатая команда «морских котиков».

Всего-навсего.

Зато именно эта команда и была тем подразделением, с которым президент пожелал познакомиться лично во время своего предстоящего визита. Шестнадцатая отличалась своим невероятным послужным списком, выдающейся храбростью, эффективностью, находчивостью и выносливостью. В войне против террористов все эти качества имели первоочередное значение.

Контр-адмирал отправился восвояси, а Паолетти, обменявшись с Джоан коротким рукопожатием, пригласил ее в свой кабинет.