– Прошу вас! – выпалила она. – Оставайтесь на месте.

Застыв, она смотрела, как он приближается к ней, и содрогнулась, когда он остановился, чтобы рассмотреть ее. Его глаза скользнули по ней, затем он направился к тому месту в стене, куда воткнулся нож. Лезвие издало скрип, когда он вытащил его из стены, затем он сунул оружие в кожаные ножны, приклепанные к ремню джинсов.

– Расслабьтесь, – велел он ей. – Если бы я целился в вас, я бы в вас попал. Я только поставил точку, так сказать.

Расслабиться? Ли словно пережила землетрясение, причем едва пережила. Она трепетала всем своим существом и все еще была не в силах осознать, что произошло. Она с трудом держалась на ногах.

– Ну и как ощущения, доктор? – поинтересовался он. – Это показалось вам опасным? Был ли у вас выбор в данном случае?

Она ничего не ответила. Ничего. Она понятия не имела, в каком смысле он может вновь сорваться с цепи. И не собиралась рисковать, чтобы это выяснить. Еще один наглядный урок ей не требовался, премного благодарна. Надо было подумать, как удалить его из кабинета, но пока существовала более насущная проблема. Он сделал какое то движение у нее за спиной.

– Мне кое что любопытно, – сказал он. – Просто любопытно, доктор. Вы хоть посмотрели на тех двух бандитов, тогда, в гараже?

– Что вы хотите сказать?

– Вы видели блеск в их глазах? Похоть?

– Нет, я их не разглядела, – солгала она.

Он обходил ее, подбираясь с другой стороны, словно решая, что с ней делать – как, когда и где сделать эту блондинку – гринго своей дрожащей жертвой.

– Они вас хотели, – заверил Монтера, его речь замедлилась, усилился испанский акцент. – Они жутко вас хотели. Мы, латинос, имеем на вас, цыпочек, особые виды, разве вы не знали? Вы – мечта каждого подростка в баррио…

– Пожалуйста, прекратите. – Он горько усмехнулся:

– Но это правда, доктор. Вы – первое, о чем думает бедный сонный парень, когда просыпается утром. И последнее, о чем он думает, засыпая. Фантазии о вас съедают его живьем, доктор. Они заставляют его изводиться, потеть и удовлетворять себя.