— Ева Санторо, владелица этого магазина.

Пожатие женщины было достаточно сильным. За ее спиной появился Картер.

— Симона — городской адвокат.

— Надеюсь, вы лишены предрассудков, — улыбнулась Еве Симона. — В действительности я очень хороший человек.

— Нет, не хороший, — запротестовал Картер.

— Наверное, ты прав, — Симона состроила гримасу, — но не в этом дело. У тебя работа. — Она указала на Еву. — Следи, чтобы с нашей дамой ничего плохого не случилось, хорошо?

— Попытаюсь. Главное, чтобы меня больше не затаскивали в примерочные кабины.

— Вы находите это неприятным? — дерзко поинтересовалась Ева.

— Ну, на самом деле я к этому не привык, — признался Картер.

— Вы знаете, что краснеете? — Ева внимательно разглядывала мужчину.

— Он действительно краснеет, — подхватила Симона.

— Думаю, и менее уверенный в себе мужчина смутился бы, — парировал Картер.

Симона скептически подняла бровь.

— В мире не существует абсолютно уверенных людей. Вы согласны? — Она посмотрела на Еву.

Ева взглянула на Картера. Полицейский Моран выглядел каким угодно, но только не робким. Она повернулась к Симоне.

Из моего личного опыта: единственный момент, когда мужчина может быть абсолютно уверенным, это когда он сидит на диване с расстегнутой на джинсах пуговицей после того, как съел огромный кусок пиццы «пепперони», и смотрит по телевизору, как его любимая футбольная команда забивает голы ненавистным противникам.

— А женщины не чувствуют гармонию с миром в такие моменты? — Детектив казался глубоко оскорбленным, но при этом очень привлекательным.

— Я не люблю пиццу «пепперони», — ответила Ева, слегка улыбнувшись. Дело в том, что один из ее передних резцов был слегка искривлен, поэтому улыбка не производила ошеломляющего эффекта по крайней мере так ей казалось. Для бюджета ее семьи ортодонты явились бы непростительной роскошью. Ева обратилась к Симоне: — Надеюсь, вы оставили Мелоди свой адрес, чтобы мы могли выслать вам каталоги и дать знать о распродажах и презентациях.