Пайвари составил все на поднос и вышел. Джейн задумчиво посмотрела ему вслед: ей показалось, что его темные глаза на миг подернулись печалью. Хотя, возможно, ей это только показалось.

За ужином разговор вышел каким-то странным, похожим на репетицию, когда один подает реплики, а другой отвечает. Джейн спрашивала — Харви отвечал.

Джейн посмотрела на свою тарелку с бифштексом под винным соусом с грибами и сказала:

— Очень вкусно. Это готовил Пайвари?

— Да.

— Кто научил его так хорошо готовить?

Харви осушил стакан до дна.

— Моя мать, — вежливо ответил он и потянулся за бутылкой. — Еще вина?

— Да, пожалуйста.

Мартин говорил, что Харви потерял мать еще ребенком. Должно быть, повар начал работать на ранчо совсем молодым человеком. Отец Харви умер шесть лет назад.

Судя по ответам, у Харви не было ни малейшего желания обсуждать что-то, хотя бы отдаленно относящееся к его биографии. Однако Джейн все же узнала, что он был единственным ребенком в семье, что охотиться и ловить рыбу его научил отец и что Харви получил образование в Англии. Надменный и самонадеянный, сказала о нем Лорин. По-видимому, так оно и есть.

Его чрезмерная, будто подчеркиваемая скрытность, нервировала Джейн, ей с трудом удавалось поддерживать легкую, дружескую беседу. И потому она с облегчением вздохнула, когда трапеза подошла к концу и Харви встал из-за стола.

— Прошу прощения, мне надо поработать.

— Да-да, конечно. — Джейн тоже поднялась.

Харви открыл дверь, пропуская гостью вперед, и, когда Джейн проходила мимо него, сказал:

— Минуточку.

Она остановилась и удивленно воззрилась на него. Харви кивком указал на ее левое плечо.

— Вы… у вас… сережка.

Джейн машинально подняла руку и обнаружила, что сережки нет.

— Она запуталась у вас в волосах.

Харви протянул руку, чтобы поправить сережку. Джейн повторила его движение, и оба застыли. Их пальцы переплелись, и Джейн почувствовала тепло руки Харви. Сердце ее бешено застучало.