— Я — я Андреас Теакис, — сказал он открывшей дверь Энн.

Карла бросилась к нему. Ее лицо изменилось совершенно. Изменилась вся ее жизнь — во всяком случае, она верила в это. Реальность оказалась гораздо менее романтичной, чем надеялась Энн. Андреас хотел, чтобы был сделан тест на отцовство.

— Мне нужно убедить брата, — неловко произнес он.

Карла торжествовала.

— О, Ари сын Андреаса, все в порядке! И его величество Никос Теакис получит отпор! Андреас женится на мне, ему нужен его сын — проклятый брат ничего не сможет с этим поделать!

Вероятно, Карла искушала судьбу своей самоуверенностью, горько думала Энн. Никосу Теакису не потребовалось запрещать брату жениться. Все решило одно неправильное движение Андреаса, везшего Карлу — вновь обаятельную и чарующую — в роскошном арендованном автомобиле по незнакомым дорогам Англии. Вот и все.

Оборвались две жизни.

Энн осталась в этот день с ребенком и радовалась, что может дать возможность Андреасу и Карле побыть вдвоем. Ари в один миг стал круглым сиротой.

Ужас этого страшного дня навсегда остался с Энн. Тело Андреаса увезли в Грецию, на родину.

Никто из его родных не появился у Энн. Карлу хоронила она одна. Ари остался с ней. Малютка был также одинок на этом свете. С семьей Андреаса она не пыталась связаться. Им не нужна была Карла — не нужен и ребенок. Тогда как ей…

Ари был для нее всем, целым миром. Всем, что ей осталось. Утешением в море горя и страдания по сестре и человеку, за которого Карла так отчаянно хотела выйти замуж. А сейчас его брат требовал, чтобы Энн отдала ему Ари.

Не получив ответа, Никос заглянул в пустую комнату возле входа, потом направился на кухню. На красивом лице появилось выражение ужаса — он увидел беспорядок и грязь. Полная немытой посуды раковина, накрытый потертым пластиком стол с остатками еды. Взгляд его упал на коляску. Сын Андреаса! Чудо среди этого кошмара! Лицо Никоса просветлело, он протянул руку, чтобы коснуться спящего младенца.