– Кейла, позволь я объясню, почему мне так необходима эта услуга. – Кристина принялась грызть ноготь на большом пальце – нервная привычка, с которой она тщетно боролась с детства. – Вчера мне позвонил Бойд Сойер. Он в Филадельфии – делал доклад на заседании медиков, – и он хочет встретиться со мной сегодня вечером. Завтра днем он улетает в Атланту, так что если я не встречусь с ним сегодня вечером… – Голос Кристины замер, и она потупилась.

Когда она подняла голову, Кейла увидела, что глаза сестры полны слез.

– Я так запутала наши отношения с Бондом, Кейла, – прошептала Кристина. – Только я повинна в нашем разрыве. Я раскаивалась в этом, и эти два года мне так его не хватало.

Хотя Кристина никогда не посвящала ее в подробности своего разрыва с Бондом Сойером, Кейла знала, как сильно ее сестра была влюблена в красивого и трудолюбивого врача, занимающегося исследовательской работой. Кристина была на грани истерики в тот вечер, когда она позвонила Кейле, чтобы сообщить о конце романа. Бойд поступал на новую работу и переезжал в Атланту. «Это я во всем виновата», – сказала тогда Кристина. То же самое она продолжала утверждать и сейчас, два года спустя.

– Я должна увидеться с Бондом, Кейла, – произнесла Кристина хриплым от волнения голосом. – Я должна сделать это! Но, к несчастью, мне поручено присутствовать сегодня вечером на этом дурацком обеде, который устраивается для сбора средств. Если бы от нашего профсоюза мог пойти кто-нибудь другой, я бы это организовала, но никого нет под рукой. Я должна явиться.

– Другими словами, сегодня вечером ты должна быть в двух, местах одновременно.

– С твоей помощью это возможно, Кейла, – горячо заверила ее Кристина. – Если я буду в Филадельфии с Бойдом, а ты вместо меня на обеде здесь, в Харрисберге, я действительно смогу одновременно находиться в двух местах!

Кейла почувствовала, как ее решимость ослабевает. А что, если она выступит в роли Кристины только на этот раз? Разве это будет так уж плохо? Кейла сделала гримасу. Она, разумеется, знала ответы на все эти вопросы. Но в данном случае здравый смысл был неуместен.