Хенриэтта старалась выглядеть как можно веселее:

– О, я вздохнула с облегчением! Он вовсе не хочет жениться на мне!

Трикс, пораженная этими словами, лишь молча смотрела во все глаза.

– Ты не представляешь, как я счастлива! – бойко продолжала Хенриэтта. – Если бы он того пожелал, я сочла бы своим долгом выйти за него, но он снял камень с моей души, и теперь я чувствую необыкновенную легкость!

– Но ведь ты любила его все эти годы! – воскликнула Трикс,

– Да, это так, – чистосердечно призналась Хенриэтта, – и уверена, что буду всегда любить его!

– Хэтти! Ты же писала ему!

– Ну и что? Для меня он словно старший брат, которого у меня никогда не было.

– Хэтти, что за ерунда! Он – мой брат, а я никогда в своей жизни не писала ему!

Прежде чем Хенриэтта нашлась, что ответить, к ним присоединился стройный как тростинка молодой джентльмен, в котором лишь глупый не узнал бы «светского льва». От макушки напомаженной головы до подошв ослепительно начищенных высоких сапог достопочтимый Тимоти Аллертон был великолепен. Обычно он ничем не интересовался, кроме модных галстуков, теперь же выказал явные признаки озабоченности новостями, которые выложила ему сестра.

– Не собирается делать Хэтти предложение? – повторил он ошеломленно. – Как же так! Что же будет со всеми нами! Я не хочу сказать, что удивлен его решением, но все же он – глава семьи и должен заботиться о ней! Кроме того, – продолжал Тимоти, и дружелюбное выражение его лица померкло, – если он думает, что сможет заставить меня сделать кузине предложение, то он чертовски ошибается! Это не потому, что я плохо отношусь к тебе, Хэтти, – добавил он смягчившись, – ты мне нравишься, просто это уж слишком!

Глава 3

Если у виконта и были какие-то тайные сомнения относительно правдивости слов его матери, то они быстро рассеялись. Его кузина, которую совершенно никто не держал в изоляции, казалось, перезнакомилась со всеми достойными внимания холостяками городка и с великим множеством тех, кого не колеблясь можно назвать «охотниками за удачей».