Рымарева тоже можно было посадить в машину. Но Богдан решил не делать этого. Пусть на земле полежит, в таком положении с мыслями трудно собраться. Особенно если извилины в голове прямые и заполнены вакуумом.

– Да нет, чего тут думать?.. Она ко мне правым боком повернулась.

– Зачем?

– Посмотреть хотела, кто там сзади едет…

– Одежда у нее очень интересная. Если посмотреть, кто сзади едет, то вся задница наружу вылезет. Голая задница-то…

– Она же стриптизерша. Привыкла, что на нее смотрят…

– А кто на нее смотрел?

– Ну, ты же, начальник, сам сказал…

– Что я сказал?

– Ну, что задница наружу… Там впереди машины ехали, люди по тротуару шли, а она задницей светит… Ну, я и не сдержался…

– А что, уродом она тебя не называла?

– Ну, сначала называла, а потом зад засветила… Это меня взбесило…

– Так уродом она тебя назвала или ублюдком?

– Ну да, ублюдком, – поправился Рымарев.

– А ты сказал, что она тебя козлом назвала, – с усмешкой напомнил ему Богдан.

– Ну да, козлом… Я уже не помню…

– Я так понял, ты ко всему привык. И урод ты, и ублюдок, и козел… Никаких различий, да?

– Не урод я… И не козел… Зря она со мной так.

– Значит, домой Марину вез?

– Да, к себе.

– И что, Марина всегда так по улице ходит – в лифчике и в штанах без задницы?

– Нет… Просто… – снова завис от напряжения Рымарев.

– Что «просто»?

– Ну, мы посидеть хотели… Я коньяка купил, там, шампанского, фрукты… Она сказала, что приватный танец будет.

– Марина танцевать собиралась?

– Ну да.

– Так Марина или Света?

– Э-э… Оксана! – вспомнил Рымарев.

– А почему Мариной назвал? Забыл, как ее зовут?.. А, может, ее не Оксана зовут?

– Не Оксана… На самом деле ее Рената зовут.

– А зачем соврал? Если врать, то по всему фронту, да? – ухмыльнулся Городовой.

– Да не врал я…

– Кто убил Ренату?

– Я!