Она вздохнула, переводя дух, и в следующее мгновение из тьмы хлынул яркий поток образов: множество лиц и фигур, быстро сменяя друг друга, как в фантастическом калейдоскопе, замелькали перед ее внутренним взором, словно она смотрела на них через искрящийся светом многогранный кристалл. Внезапно в глубине сознания Исабель возникли два слова, от которых по спине пробежал холодок.

– Предательство…Убийство… – прошептала она.

Мужчины – ее отец, духовник и жених – начали о чем-то перешептываться. Она молчала, надеясь, что разворачивающаяся перед ее мысленным взором сцена даст более полное представление о грядущем событии.

– Чье предательство ты видишь, доченька? – спросил отец.

– Да, что ты видишь, Исабель? – подхватил приятным баритоном сэр Ральф Лесли, младший друг отца, которого тот выбрал ей в мужья. По тому, как жалобно скрипнули половицы, Исабель догадалась, что сэр Ральф направился к ней; имея могучее телосложение, он был невысок ростом. В углу на своей жердочке встрепенулся и заклекотал его охотничий сокол.

– Не надо, Ральф, не подходи, – остановил друга сэр Джон. – Не стоит сейчас беспокоить Исабель лишними вопросами, она и так расскажет нам обо всем, что увидит, а пастор Хью запишет каждое слово. Предоставь это дело нам со святым отцом, а сам лучше присмотри за своей птицей, у нее, похоже, не самый кроткий нрав.

Сэр Ральф что-то недовольно проворчал, но подчинился. Покорная воле отца и духовника, Исабель обручилась с ним совсем недавно, на Троицын день, и ему еще не доводилось присутствовать при ее пророчествах. «Он растерялся и не знает, как себя вести», – смутно догадалась она.

Девушка возражала против его присутствия, как раньше – против помолвки. Но куда там, как всегда, за нее все решили отец и духовник. Сэру Ральфу было разрешено присутствовать, хотя сэр Джон и пастор Хью строго пресекали все попытки ее отвлечь.