Теперь Кэтрин действовала быстро, поспешно положив папирус в ларец, который заперла на ключ и спрятала вместе со старинной корзиной под своей постелью. Она схватила ключи от машины, посмотрела, который час, и подсчитала, что в Калифорнии недавно перевалило за полдень. Она быстро составила в уме план: сначала попросит Самира охранять ее палатку; затем позвонит Джулиусу из отеля «Айсис»; потом сделает звонок Дэниелу в Мексику и, наконец, достанет расписание ближайших рейсов из Египта.

И после этого еще раз сходит в тоннель.

– Да… Она что-то нашла, – сказал Хангерфорд своему бригадиру, роясь среди лопат и топоров, грудой стоящих за автоприцепом. – Я заметил это по тому, как она вцепилась в эту старую корзину, как будто в той были драгоценности.

– И что же ты собираешься делать? – спросил бригадир, когда Хангерфорд выбрал огромную мотыгу.

– Доктор говорит, что хочет слазить в этот тоннель еще раз. – Он поднял мотыгу и усмехнулся. – Но земля там может осыпаться. Когда доктор соберется туда снова, лучше бы ей помнить, что археология не самое безопасное дело.

– Эрика! Эрика, подойди скорее!

Хэйверз взял жену за руку и чуть не стащил ее со стула.

– Майлз! Я как раз…

– Дорогая, ты должна увидеть это. Поторопись!

Он шел гигантскими шагами, выводя ее на улицу через ворота, у которых стояли старинные испанские сундуки и плетеная мебель, за которыми Эрика не торопилась ухаживать.

– Ты изумишься! – воскликнул он, и его голос поднялся до потолка «латилла», отозвавшись эхом в белых стенах из необожженного кирпича, что являлись частью его огромного дома в Санта-Фе.

Эрика рассмеялась. Она понятия не имела, что за чудо ей собирается показать муж. У Майлза это могло быть все что угодно – от необычной формы облака до какого-нибудь нового, супербыстрого микрочипа. Но, как и обычно, не успела она моргнуть, как его восторг и страсть увлекли и ее. За тридцать лет совместной жизни с Майлзом Хэйверзом она не могла припомнить ни одного скучного момента.