От горьких воспоминаний его отвлек голос Тейлор:

— Я хотела сказать, что у Бонни были красота, талант, богатство и ты. Чего ей не хватало в жизни?

— Возможно, я не такой уж подарок судьбы.

— Я видела, что ты был бесконечно великодушным и верным мужем. Твое покровительство могло раздражать жену, но она обязана была понять, что оно происходило от твоего желания помочь ей. А значит, с ним можно и нужно было смириться.

Эта наивная вера в его доброту растрогала Джексона.

— Тебе бы репортером работать, Тейлор.

Когда Бонни умерла от передозировки наркотиков, газетчики, злобствующие и бесчувственные, набросились на Джексона, подобно своре бродячих собак. Но у него не нашлось даже презрения для них, настолько его сразило известие о беременности его покойной жены.

— Ты самый великолепный мужчина из всех, кого я знаю.

Тейлор сама удивилась своим словам. Да, она сказала правду, но зачем? За легкомысленным тоном Джексона не скрывалось никаких обещаний чего-то большего. Она безмерно далека от мира Джексона. Его окружают знаменитые актрисы, чья ослепительная красота сверкает с киноэкрана и с рекламных щитов.

На прошлой неделе Тейлор прочитала интервью, в котором одна золотоволосая актриса заявила, что живущий отшельником глава корпорации Санторини является мужчиной ее мечты. Хотя суперзвезде не дано было понять, что заставляет столь значительного человека жить в маленькой стране, этот факт делал его еще интереснее в ее глазах. И желаннее.

— Не думаю, что кто-то может назвать меня великолепным, — сухо отозвался Джексон. — Но все равно спасибо.

Тейлор нахмурилась.

— Красавчиком тебя не назовешь. Ты не такой, как твои актеры. Мягкости в тебе нет и в помине. У тебя сильное, интересное… великолепное лицо.