Но, увы, реальность нагло лезла из всех щелей, разрушая красивую мечту. Стол был обычным, серым, со стоящим на нем раскрытым ноутбуком, черепов в доме отродясь не водилось (мама почему-то была против даже того пластмассового, который Аня за неимением лучшего присмотрела в одном милом магазине), занавески были тоже совершенно обычными – желтыми, в вульгарную розочку, обои – светло-розовыми, покрывало на кровати в точности повторяло тон занавесок. Но, наверное, самым худшим оказалось зеркало в дурацкой розовой, со стразиками, рамке и игрушечный мишка с сердечком, отличающийся крайне дебильным выражением плюшевой морды. В общем, комната в точности соответствовала представлению Аниной мамы о спальне девушки-подростка и казалась самой Ане казематом, куда заточили ее гордую свободолюбивую душу.

Ну ничего, пятнадцать лет – это уже немало. Еще немного – и она вырвется на свободу. А пока просто не стоит зацикливаться – пусть до времени будет как есть. Правила обращения с родителями Аня усвоила еще с детства: не хочешь проблем – молчи и соглашайся, а думать и делать можно так, как хочется.

Аня подошла к столу и тронула мышку, отключая режим гашения экрана – плавающих по экрану веселых разноцветных рыбок (он у нее носил сугубо маскировочный характер и предназначался специально для родителей). Рабочий стол был тоже нейтрально-синим (ну ничего, придет еще время). Аня взглянула на часы – 23-00, запустила аську и дождалась выхода в сеть. Отлично, теперь ее друзья увидят, что Немезида снова с ними.

Машка, конечно, была в сети, и аська радостно тренькнула, выдавая целую череду сообщений от нее.

«22-20: Ты где?» – спрашивал пользователь Маффка.

«Ты в невидимке???!!! Ну ЧТО? Я же жду?!» – нетерпеливо вопрошала она уже в 22-22.