Это лишь разожгло его любопытство. Эйдан уже и забыл, когда в последний раз женщина обращалась к нему с таким подчеркнутым пренебрежением. Даже такая редкая красавица, как Имоджен (в последнее время его спутницей чаще всего была именно она), прекрасно знавшая себе цену, при нем почти не позволяла себе «капризничать». По правде говоря, она уже начала ему немного надоедать.

Остановившись в дверях, он прислонился к притолоке и с любопытством оглядел комнату. И без того небольшая кухня-гостиная из-за низких потолочных балок казалась еще меньше. Неровные половицы покрывал уже прохудившийся местами коврик, посередине стоял огромный деревянный стол, окруженный разной высоты стульями. Прямо под окном располагалась старомодная каменная мойка, а в массивном камине — черная чугунная плита, явно времен промышленной революции.

Несмотря на убогую обстановку, комната сверкала чистотой, а небольшие детали — яркие узорчатые занавески на окнах, обшитые той же тканью мягкие подушечки на стульях, букетики полевых цветов на подоконнике и камине — указывали на женское присутствие и делали ее почти уютной.

Странная обитательница холодно взглянула на него.

— Если желаете кофе, могу предложить только растворимый, — нехотя произнесла она.

Эйдан едва сдержал улыбку: «гостеприимная» хозяйка держала чайник так, словно собиралась при первом же удобном случае опрокинуть его содержимое ему на голову.

— Благодарю, — подчеркнуто вежливо проговорил он, старательно скрывая лукавую усмешку. — Растворимый подойдет.

Отодвинув стул, он сел, глядя, как девушка наливает воду в чайник и ставит его на плиту. Электроплиту, отметил про себя Эйдан, — хоть одна уступка цивилизации. Она достала из серванта массивные фарфоровые кружки, с силой хлопнув дверцей.