– Чудовище… Можно я тебя спрошу?, – решимость возникла спонтанно, Женя даже не успела осознать, что говорит.

– Ага. Можно, – Лёка приоткрыла один глаз, и озорной чертенок сонно скорчил смешную рожицу.

– А что из того, что про тебя говорят – правда?

На несколько секунд в комнате повисла тишина. Стало слышно даже радио, играющее в соседней комнате. И Женькино сердце застыло в такт этой тишине.

– Мда…, – Лёка поднялась и села на кровати, – Ты еще долго продержалась.

– В смысле?

– Ну, я думала, что этот разговор раньше произойдет. Валяй, спрашивай. Можешь не стесняться.

– Да нет, это неважно, в общем-то…

– Да брось ты. Небось, мучаешь себя вопросом: а когда она начнет ко мне приставать? Расслабься. Не начну.

– У меня и в мыслях такого не было!, – Женька вскинулась, было, но Лёка уверенным движением обняла её и чуть прижала к себе.

– Ладно, слушай исповедь старой извращенки, – засмеялась, – Короче, парни меня привлекают только как друзья. Правда, классе эдак в третьем был один ухажер, но он быстро сплыл, как ты понимаешь. Потом я начала с пугающим постоянством влюбляться в девчонок. Потом встречаться с ними. Потом спать. Вот. Но всегда и всё было по обоюдному согласию, никто никого ни к чему не принуждал и вообще, для меня дружба – это святое. Так что расслабься.

А Женя уже пригрелась в тепле Лёкиных рук, слышала её слова через раз, и понимала, что ей совершенно всё равно, кто с кем встречается, и спит, и вообще…

– Эй, мелкая! Ты спишь, что ли? Не спи, скоро Веталь придет, поедем ему кошака покупать.

– Ага, хорошо… Я не сплю…

– Эх, ты… Развела меня на откровенные разговоры, а сама спишь… А тебе… Тебе, правда, всё равно, что я… такая?

– Правда, – счастливо вздохнула Женя и прикрыла глаза.

***