Словно уловив ее настроение, он позвонил. Поздоровался, для порядка отметил, что бабье лето выдалось на редкость жаркое, после чего недовольно осведомился:

– Что за душераздирающие крики у тебя там? Все сериалами забавляешься?

– Чем же еще, – перешла в наступление Катя. – Больше нечем.

– Почитала бы, что ли, – сказал брат.

– Обязательно. Книгу про то, как быть сестрам, которых не любят братья.

– Я тебя люблю. Ты знаешь.

– Не знаю, – возразила Катя. – Ты меня бросил на произвол судьбы. Я себе места не нахожу. Хотя бы на часок заглянул ради приличия. – В ее голосе зазвучали просительные интонации. – Приезжай, Миша. Я пирожков напеку. Твоих любимых.

– С капустой? – спросил брат.

– Ну да.

– Сегодня не получится.

– Почему? – поскучнела Катя.

– У меня важная встреча.

– Твои важные встречи мне известны. На диване с Алисой. С утра до вечера.

– Ошибаешься, – сказал брат. – Сегодня собираюсь переговорить со старым знакомым по поводу твоего трудоустройства.

– Кто такой?

– Ты с ним незнакома. Алексей Истомин его зовут. Хороший мужик, на днях открыл новую фирму, набирает сотрудников. Думаю, мне он не откажет. – Тут брат кашлянул, то ли для солидности, то ли от смущения. – Так что готовься к трудовым свершениям.

– Всегда готова, – просияла Катя, – как комсомолка.

– Как пионерка, сестренка. Это пионеры были всегда готовы. Комсомольцы есть требовали.

– Не припоминаю такого.

– Ну как же. Партия сказала: «Надо», комсомол ответил: «Е-есть!» Жрать то есть.

– А, – усмехнулась Катя. – Будущие младореформаторы.